Сегодня главным основанием в моей личной оценке слов и действий обычных людей

[vryadli]

является одно: увеличивают или уменьшают они общее количество ненависти. А коврово-эльфийская эмпатия исключительно к своим (прямо сейчас наших убивают, а вы...) и тведопламенно патриотические чувства (нас обижали-оскорбляли, оскорбляли-обижали так и мы так же, да еще и вдесятеро...) соврешенно потеряли для меня всякое оправдывающее значение.

В момент развала СССР было по другому - я чувствовал себя причастным одной стороне, как бы ответственным за ее преступления и оттого готов был потерпеть ненависть как бы в свой адрес. Но сейчас я куда больше со стороны смотрю.

Что касается необычных людей, сиречь политиков верхних эшелонов (и наверно на сегодня большинство журналистов), то подавляющее их большинство я рассматриваю как ящериц Адамса, к ним моральные оценки вообще неприложимы.