есть там интересное и даже загадочное для меня. Например:
"Самый, наверное, страшный разговор в моей жизни: март, 18-е число, поздний вечер, мы с Н. у меня в квартире, Н. прилетел из Москвы, собравшись за три дня. У Н. брат под Киевом: отвез жену и детей к польской границе, сам вернулся ждать российскую армию. Н. созванивается с братом каждый день. Говорит мне вдруг: «Линор, поговорите с моим братом». Мы говорим. «У меня все хорошо, свет пока есть, еда есть, корм для собак есть. Мы все ждем, когда можно будет их убивать. Мужчины, женщины, все». Говорю: «Я буду за вас молиться». «Спасибо», - говорит. Прощаемся, отдаю телефон Н. и иду в ванную. Сижу там и думаю: 2022-й год. Казалось бы, мы знали, что делать, если человек скажет нам, что собирается кого-то убивать. Но не теперь."
( Read more... )
Но есть и не такие загодочно-нажористые абзацы.
П.С.Прошу прощения, забыл привести ссылку на более полный текст российской писательницы, поэтессы: https://linorgoralik.com/tbilisi.html
"Самый, наверное, страшный разговор в моей жизни: март, 18-е число, поздний вечер, мы с Н. у меня в квартире, Н. прилетел из Москвы, собравшись за три дня. У Н. брат под Киевом: отвез жену и детей к польской границе, сам вернулся ждать российскую армию. Н. созванивается с братом каждый день. Говорит мне вдруг: «Линор, поговорите с моим братом». Мы говорим. «У меня все хорошо, свет пока есть, еда есть, корм для собак есть. Мы все ждем, когда можно будет их убивать. Мужчины, женщины, все». Говорю: «Я буду за вас молиться». «Спасибо», - говорит. Прощаемся, отдаю телефон Н. и иду в ванную. Сижу там и думаю: 2022-й год. Казалось бы, мы знали, что делать, если человек скажет нам, что собирается кого-то убивать. Но не теперь."
( Read more... )
Но есть и не такие загодочно-нажористые абзацы.
П.С.Прошу прощения, забыл привести ссылку на более полный текст российской писательницы, поэтессы: https://linorgoralik.com/tbilisi.html