![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
vryadliДавным-давно, когда я только-только начитался Стругацких... и еще верил в логику... и в не очень далекий мир "Стажеров".
навещал я проездом свою любимую тетку во Фрунзе. И случился этот проезд на родительский день. Так что была собрана корзиночка с чем положено и пошли мы на кладбище. И вот идем мы между оградками. Мне еще туда-сюда, а родне тяжело и ругаются мои родственники: совсем у людей совести нет, поприрезали себе что можно и что нельзя, скоро вообще пройти нельзя будет. А я иду и головой киваю - ну, прада же! Местами не больше пяди, меж оградками!
Пришли мы к нашим могилкам... сели разложили-разлили... я тогда не пил, но тут уж никак... Повспоминали деда, бабку, свекра... размякли... хорошо, благостно! И вот отдав дань памяти, стала моя родня оглядываться и соображать, строить планы: "А вот тут полнго места для прохода... можно оградку сантиметров на двадцать подвинуть... и тут надо на десять... ". Тоже неспешно так, раздумчиво, душевно.
Вот тогда-то и зародился во мне вирус Кухнно-Полевой Этнографии.
И в частности резко повысилась терпимость к отклонениям от этики Полдня. Потому что я знал совершенно точно, что моя тека и ее муж совершенно замечательные, добрейшие, душевнейшие люди. Уж никак не хуже меня по человеческим качествам.
навещал я проездом свою любимую тетку во Фрунзе. И случился этот проезд на родительский день. Так что была собрана корзиночка с чем положено и пошли мы на кладбище. И вот идем мы между оградками. Мне еще туда-сюда, а родне тяжело и ругаются мои родственники: совсем у людей совести нет, поприрезали себе что можно и что нельзя, скоро вообще пройти нельзя будет. А я иду и головой киваю - ну, прада же! Местами не больше пяди, меж оградками!
Пришли мы к нашим могилкам... сели разложили-разлили... я тогда не пил, но тут уж никак... Повспоминали деда, бабку, свекра... размякли... хорошо, благостно! И вот отдав дань памяти, стала моя родня оглядываться и соображать, строить планы: "А вот тут полнго места для прохода... можно оградку сантиметров на двадцать подвинуть... и тут надо на десять... ". Тоже неспешно так, раздумчиво, душевно.
Вот тогда-то и зародился во мне вирус Кухнно-Полевой Этнографии.
И в частности резко повысилась терпимость к отклонениям от этики Полдня. Потому что я знал совершенно точно, что моя тека и ее муж совершенно замечательные, добрейшие, душевнейшие люди. Уж никак не хуже меня по человеческим качествам.
