Вроде как все могли бы знать, что это, штука нехитрая и не новая. Но последнее время привелось услышать столько чудесного на этот счет, что наверное в будущем пригодится.
1. Материя существует объективно – то есть независимо от того, хочу ли я. Часто вместо «материя» можно говорить природа, вселенная или реальность.
2. У материи есть свойства и формы. В способах ее существования есть множество закономерностей.
3. Я (небольшая) часть материи.
4. Я могу знать помянутое в п2. Я могу им пользоваться.
5. Мои знания точнее всего представлять как довольно развесистую систему рабочих гипотез разной точности, границ применимости и правдоподобности. Каждая рабочая гипотеза у меня более или гораздо менее явно включает оценку себя в этих отношениях.
6. Вообще говоря, всякий элемент моих знаний подлежит проверкам и уточнениям. Но поскольку ресурсы для этого ограничены очередность проверок и уточнений не произвольна, а определятся по нужности и уже имеющейся точности.
7. Критерием степени правдоподобности (на традиционном гуманитарном языке – истинности) знания для меня является практика, хотя увы, результаты его применения часто искажаются моими желаниями.
8. Ценности, желания и предпочтения не являются частью знания.
9. Важнейшая для меня и притом черезвычайно правдоподобная гипотеза - существование других людей, способных знать про ту же реальность. Важнейшая часть практики – разговоры с другими людьми.
=====================================================================================================
Это все, разумеется, вполне незамысловато, и меня не удивляет, что когда люди высокого духа это слышат, оно кажется до смешного (или ужасно или прискорбно) примитивным. Я последний буду протестовать против их смеха (или ужаса или сочувствия). Но самое смешное обычно то, что перед тем как посмеяться, они заменяют натуральные элементы последовательного материализма какой-то невероятной для меня хренью - еще более убогой, еще более подходящей для осмеяния. Вроде: «Критерием истины для них стала практика, проще говоря - выгода. (в данном случае) О-е-ей.»)
1. Материя существует объективно – то есть независимо от того, хочу ли я. Часто вместо «материя» можно говорить природа, вселенная или реальность.
2. У материи есть свойства и формы. В способах ее существования есть множество закономерностей.
3. Я (небольшая) часть материи.
4. Я могу знать помянутое в п2. Я могу им пользоваться.
5. Мои знания точнее всего представлять как довольно развесистую систему рабочих гипотез разной точности, границ применимости и правдоподобности. Каждая рабочая гипотеза у меня более или гораздо менее явно включает оценку себя в этих отношениях.
6. Вообще говоря, всякий элемент моих знаний подлежит проверкам и уточнениям. Но поскольку ресурсы для этого ограничены очередность проверок и уточнений не произвольна, а определятся по нужности и уже имеющейся точности.
7. Критерием степени правдоподобности (на традиционном гуманитарном языке – истинности) знания для меня является практика, хотя увы, результаты его применения часто искажаются моими желаниями.
8. Ценности, желания и предпочтения не являются частью знания.
9. Важнейшая для меня и притом черезвычайно правдоподобная гипотеза - существование других людей, способных знать про ту же реальность. Важнейшая часть практики – разговоры с другими людьми.
=====================================================================================================
Это все, разумеется, вполне незамысловато, и меня не удивляет, что когда люди высокого духа это слышат, оно кажется до смешного (или ужасно или прискорбно) примитивным. Я последний буду протестовать против их смеха (или ужаса или сочувствия). Но самое смешное обычно то, что перед тем как посмеяться, они заменяют натуральные элементы последовательного материализма какой-то невероятной для меня хренью - еще более убогой, еще более подходящей для осмеяния. Вроде: «Критерием истины для них стала практика, проще говоря - выгода. (в данном случае) О-е-ей.»)